Проведя 12 часов в пути из Петербурга, наконец то добрался до Петропавловска на Камчатке

Дома я не стал подробно изучать всю информацию о полуострове, надеясь получить максимум впечатлений из первых уст. От этого ощущения неизвестности только усиливалось от осознания реальной отдаленности от дома.

Жду багаж. Рядом стоит человек, в шортах и рубашки, с лавинным рюкзаком и приметным значком “ассоциации горных гидов России”, с которым я тут же и знакомлюсь, не упуская возможности расспросить о горах и вулканах.

-Камчатка славиться своей природой- говорит он. Но сейчас не сезон, снега в последние годы «сыпит» мало, да и тот очень быстро тает. Вот приехали бы вы в марте, то там да… Или уже в июле-августе, уже по полной насладиться природой, может быть даже отправиться до курилл, байдарки – джипы, походы. Летом у нас очень сильно велосипеды развиты. Да и пешком можно на любой вулкан сходить, а там термальные источники везеде.

А сейчас, в апреле, когда межсезонье – до вулканов и горячих источников снегоходы уже не доезжают, а джипы ещё не могут пробиться сквозь кашу талого снега. Не лучшее время вы выбрали для Камчатки.

– Да мы собираемся сесть в парусную лодку, да на ней вдоль побережья отправиться к интересным локациям. Другого времени, когда вода в бухтах не закрыта льдом, а снег на вулканах и сопках ещё есть, просто не подобрать.

– О, это же «Скисейл». С лодки в горы дело интересное. Ещё и вертолет возьмите, не пожалеете – как то буднично дал рекомендацию собеседник.

Тут открывается дверь выдачи негабаритного багажа, забираю свой сноуборд, прощаюсь с новым знакомым и следую к выходу.

Говорить о вертолетах для жителя Санкт-Петербурга как то… не привычно. А тут это норма жизни.

На улице льет дождь со снегом, кругом дымка и туман. У выхода из аэропорта встречаюсь с местными ребятами, с которыми собрались в поход.

– ждём погоды – говорит Андрей. Отправимся на пару дней позже, а пока можно будет походить по музеям и доехать на Виючинский вулкан, и там немного поскитурить.

Погода не очень, тает все быстро, но снег мы по любому найдем. По лодке с главным чуть позже познакомимся, а пока размещайся в городе, отдыхай и жди. Главное – это нормально акклиматизироваться. Понимаю, для тебя уже вторые сутки пошли, но терпи до вечера, иначе всю неделю будешь днём спать, а ночью бодрствовать, живя по московскому времени.

Наставления приняты, указ ожидать погоды получен, и ничего не остаётся, как после квартирования отправиться изучать город в том виде, каков он есть.

Петропавловск-Камчатский

Итак, Камчатка. это край вулканов. Трясет их постоянно, но большинство толчков даже не ощутимы. Сейчас был уникальный случай, когда активны были одновременно 4 вулкана, но они все были как минимум в 300 км, и пепел от них не долетал до Петропавловска.

Петропавловск стоит на берегу Авачинской бухты, и эта бухта может вместить одновременно весь промысловый флот мира. 

Когда стоишь в городе, вокруг открывается панорама на 4 вулкана. Один из них, Аваческий, постоянно испаряет в атмосферу какие то газы, и это похоже на то, что он “курит” – так тут называют вулканические выхлопы.

Вообще вулканов там очень и очень много, все они разных форм и природы, но так или иначе, они и являются местом притяжения туристов.

Туристы сюда летят в основном летом, берут авто в прокат, и едут в неизведанные дали. Авто – как правило, это подготовленные джипы. Вообще Камчатка это рай джиперов. Тут на них ездят и мальчишки, и девчетки, ставя колеса не реальных размеров, обвешиваясь лебедками, металлическими бамперами, блокировками и прочим внедорожным тюнингом. Это не мода, это необходимость. На «пузотере» можно передвигаться только по городу, а чуть за него, дороги представляют из себя приключение.

Зимой люди сюда едут кататься на лыжах и досках. Но курортов привычного уровня тут нет. Конечно, для подъёма в гору есть и креселки, есть и бугели, но они давным-давно устарели. Едут в основном катать фрирайд на различной технике. Например, можно арендовать уже вышеупомянутый вертолет, да сбрасываться с нереальных далей.

А «ски сейл», когда пейзажи гор разбавленны пейзажами морей и океанов – лучше видов предо мной ещё не представало.

«Скитур» это ещё и «фрирайд» – спуск с горы на сноуборде по неподготовленным трассам. И он может быть как незабываемо прекрасен, когда удается катиться по пухлому снегу, разрезая его, как волны, так и ужасен, когда катиться придется куборем… И когда спуск всего 1, начинаешь ценить каждый его момент, как хороший так и плохой.

 К сивучам и братьям

Спуск по гребню, когда едешь по краю обрыва над океаном, яхта, виднеющаяся в дали- эти эмоции ничем не опишешь. Но спуск закончен, и нам предстоит вернуться на лодку, по волнам океана, в Петропавловск-Камчатский. Подымаем якорь, и идем по побережью Камчатки. Птицы кружат над скалами, волны врезаются в камни, а солнце нещадно палит уже обгоревшую на лице кожу.

Вокруг слышен вой, издаваемый десятками животных. Он похож на людской крик, мольбу и стон о помощи. Этот крик разноситься с камней, мимо которых лежит наш курс.

На камнях виднеется стая Сивучей – одной из разновидностей тюленей. Их туши светло коричневого или черного цвета беспорядочно разбросаны на скальных уступах, на высоте от метра до трех над водой. Некоторые из них размером с быка, некоторые чуть больше нерпы. Капитан берет слово, смотря на наши онемевшие лица.

«Васян, здорово» – кричит он, обращяясь к самому большому самцу. «Васян – это важак стаи. Все остальные – это его гарем» – поясняет нам капитан.

«Васян» действительно выделяется из всего выводка как самый большой зверь. И если остальные хоть как то шевелятся, видя потревожившее их спокойствие судно, крича и ругаясь, то «Васян» безмятежно смотрит и провожает нас взглядом.

Несколько сивучей на наших глазах начинают прыгать из воды на камни, окружая «Васяна». Зная, каково забраться на палубу из воды, не имея нормальной точки опоры, диву даешься, как эти многокилограмовые животные легко выпрыгивают из воды на высоту больше метра.

Гортанные звуки крика сивучей заполняют все пространство вокруг. Волны бьются об скалу, заставляя животных запрыгивать всё выше. А на самой верхушке скалы, до которой сивучам никогда не забраться, виднеется ещё одно гнездо хозяина неба – ещё одного орлана.

Такая картина перед глазами ещё раз может придти только во сне. С осознанием этого, от вида просто не возможно оторваться. Но мы всё же проходим мимо, дальше. Нам нужно возвращаться обратно.

Над скалами виднеются все новые и новые белые от снега сопки. Вдалеке над ними возвышаются особо высокие вулканы. Мы возвращаемся в город, в свои серые будни.

Спустя много часов нас встречают три брата – это три скалы, возвышающиеся из океана на входе в Авачинскую бухту. Они встречают каждого путешественника, возвращающегося в Петропавловск-Камчатский на протяжении многих сотен лет. Первые исследователи дали им эти имена, и теперь братья приветствуют нас, возвращающихся из маленького яхтенного круиза. На братьях расположены птичьи баразы, и птицы неустанно кружат над ними. Опять тревожим спокойствие животных. Не задерживаемся, ведь до порта ещё идти и идти.

Камчатка стоит внимания. Это удивительный край дикой природы, находящийся более чем в 10ти тысячах километрах от столицы, но ощущаемый как свой, родной и не повторимый. Обязательно посмотрите на него своими глазами.

Во времена Петра I профессия «архитектор» не подразумевала деления на сферы «строительство зданий и сооружений» и «судостроение».
Профессия, ведущая родословную от профессии «плотник», в те времена воспринималась одинаково: «Что нам стоит дом построить?», «Корабль?», а может ещё что…

Сейчас же архитекторы остались только в строительстве. В кораблестроении это либо дизайнеры, либо конструкторы.

Где же разошлись профессии по разным направлениям и чем они отличаются?

И там и там возводится сооружение.
И там и там есть материалы, поставки и подрядчики.
И там и там есть проекты, есть согласования, есть вводы и выводы из эксплуатации.

По факту строительство судна — это то же строительство здания: нужно собрать каркас, сделать отделку, провести инженерные системы. Технологическая часть также зависит от назначения.
С точки зрения функционального назначения имеет место сравнение только по выбору места размещения. К примеру, в области рыбного промысла на этапе разработки концепции можно рассматривать два варианта: ставить фабрику на земле, тем самым привязать себя к конкретному месту, а можно установить фабрику на плавучую платформу.

Летний день, солнце светит на макушку, двое друзей спускают лодку на воду. В Лисьем носу, местечке на берегу Финского залива Балтийского моря есть замечательный слип, на котором можно спустить маломерное судно без каких то проблем, оплат или согласований. Выход в море будет лежать через вырытый канал когда то существовавшего тут яхт-клуба. Отсюда можно оказаться в самой интересной локации Санкт-Петербурга.
Матрос помогает поставить мачту, и лодка готова к спуску. Капитан садится за руль авто, сдает задом, и прицеп с лодкой окунается в воду, смачивая поверхность днища яхточки “Святогорка”, будто заливая кровь в вены. Лодка готова к путешествию. Команда из двух человек занимает свои места, приключение начинается.
Спустив лодку на воду в Лисьем носу, ребята выходят через длинную протоку, проходящую через заросли прибрежных камышей. Этот путь напоминает дорогу в глухом лесу, когда то вырубленную прямую, незарастающую только из-за постоянного движения по ней. В камышах прячутся утки, улепетывая по сторонам от приближающегося судна. На подобии уток, в троснике прячутся и рыбаки, в азарте забрасывая вводу снасти снова и снова.
Парусник выходит в открытую воду.
Лёгкий ветер обдувает лицо, капитан с матросом двигаются по Маркизовой луже. Эта локация хорошо знакома всем яхтсменам Петербурга. Места отличаются совсем небольшой глубиной. Основная цель прогулки – потренироваться перед регатой, которая пройдет тут через пару дней.
Экипаж проходит дистанцию, огибая один из фортов Кронштадта, и идёт к современному маяку, видимому за десятки километров – башне Лахта-центра.

Эта башня построена на месте яхт-клуба Геркулес. После строительства башни, яхт-клуб обновился до неузнаваемости. Прямо за башней расположен песчаный пляж, с которого и предполагается старт малых самостройных лодок регаты “тойбот рейс”.
Без особых приключений дойдя до пляжа Лахта-центра, команда раскладывает вещи в кокпите, и под взглядами обитателей пляжа, устраивает неповторимый ужин в самой необычной локации.
Сколько стоит аренда квартиры с видом на финский залив? За любые деньги этот вид не сравнится с видом, открывающимся с каюты судна. Нашей команде точно повезло. Эксклюзив ночлега в месте, где Нева впадает в Финский залив просто фантастичен. Набережные, дома и здания открывают истинный Петербург. Под вечер, конечно, темнеет, но не так уж сильно. Белые ночи в Петербурге притемняют небо всего лишь на несколько часов. Но в эти моменты можно насладиться видом огней большого города. Живя и работая на берегу, зачастую даже не задумываешься о водной составляющей этого города. Впервые повидав его с воды, будто открываешь его заново.

Ловим рыбу в Северном Ледовитом океане. Дошли из Мурманска до Шпицбергена.

Зима, и парусный сезон давным давно окончился. Лодка уже много недель назад поднята на берег и загнана под на под навес гаража дачного участка. Святогорка, так я его называю – парусное судёнышко, собранное в гараже своими руками, и названное в честь ледокола Красин. Для тех, кто не в курсе- знаменитый ледокол изначально именовался Святогором, а позже был переименован в Красин. Куски палубы этого ледокола красуются на моем Святогорке, в виде элементов декора. Сейчас надпись Святогор красуется на табличках в кокпите.
Снег заметает под навес, и палуба парусника покрывается небольшим слоем белой простыни.
Беру кружку горячего кофе, залезаю в лодку, и тихонько попивая горячий напиток, вспоминаю летние одиночные походы.
Мчусь по воспоминаниям, словно по волнам Ладоги.
Точно так же, как сейчас, сидел я в этом кокпите, и теряя из вида берега в ночной мгле, рассекал я волны крупнейшего озера Европы. В руке держал я так же кружку кофе, чтоб не уснуть, и так же согревала она меня, как и сейчас.
Очень скучаю по летним дням и вечерам. Не хватает качания на волнах и крика чаек. Зима продлится ещё долго, и снова ощутить биение волн о борта лодки придется ещё не скоро.
Друг мой водный, который по моей прихоти ведёт меня по ветру – жди. Зима закончится, и мы снова будем нестись по зеркальной глади воды вдоль каменистого берега.
Мы снова очутимся на новых и новых островах, причалим к новым берегам.
Мы ещё изучим этот мир, увидим новые просторы.
Зима не продлится вечно.

В этот раз нам снова предстоит стать матросами яхты Мидана и отправиться сквозь шторма и туманы по волнам Северного Ледовитого Океана. Выход из Мурманска лежит по Баренцеву морю мимо острова Медвежий. Пункт назначения – Шпицберген.